06 мая

«Мы живём в эпоху рукотворных кризисов, зачастую – качественно таргетированных», — Ораз Абдуразаков

Основатель GRANDPR о развитии индустрии в Узбекистане и особенностях работы на рынке.

Фото: Абдумавлон Мадмусаев / PR.uz

Можете рассказать о том, как сейчас обстоят дела на рынке, если смотреть на отношения клиента с PR? Насколько выросла индустрия по сравнению с 2017-18 годами?

Рынок Узбекистана в этом смысле особенный. Долгие годы считалось, что связей с общественностью в стране почти нет, а когда экономическая, политическая картина стала меняться, это мгновенно из люксовой истории превратилось в массовый тренд. При этом – совпало с глобальной трансформацией сферы: по всему миру PR переходит в новое качество, утрачивая многие классические атрибуты – никто, скажем, не штампует пресс-релизы и не вычисляет PR value по числу упоминаний. На острие сейчас прогнозирование кризисов и OTT– прежде всего Telegram во всех его проявлениях. Вышло так, что мы сразу перескочили к индустрии в ее обновленном виде.

То есть классический пиар мы так и не застали?

В большинстве своем нет – не знаю, к счастью или к сожалению. Это можно сравнить с телекоммуникациями: в девяностых и нулевых, когда у наших соседей бурно развивался фиксированный интернет и прокладывались сотни тысяч километров ВОЛС (волоконно-оптическая линия передачи, прим.ред), у нас в силу географии и экономических приоритетов в этом плане дела обстояли куда скромнее. Когда же мода на домашний Wi-Fi дошла до нас, здесь уже отстроились достаточно мощные сети 3G и 4G. Для узбекистанцев все еще в порядке вещей использовать мобильный интернет не только на улице, но также на работе и дома, а ведь для большинства стран это настоящая экзотика.

А на уровне взаимоотношений с клиентом это как-то отразилось? Клиент тоже понял, что PR изменился?

Разумеется, клиенты в большинстве своем прочувствовали изменения, поскольку это обычно весьма продвинутые люди. Очень редко кто-то приходит с утилитарными задачами – такого за последние месяцы в принципе не припомню. Однако некоторые все еще настораживаются, когда им предлагается озвучить конечную цель проекта, причем не с точки зрения коммуникаций, а с позиции бизнеса. Второй рубеж – оценка ситуации или хотя бы медиаполя, далее – определение KPI. Если проходим все это, то уже утверждаем стратегию.

В силу заключенных договоров о конфиденциальности PR-агентства зачастую не могут делиться осуществленными кейсами, а следовательно, подтверждать качество своей работы. Как вы с этим боретесь?

Никак. Я называю это: «Есть чем гордиться, только похвастаться нечем». Это надо просто принять, бороться не имеет смысла – такова уж специфика отрасли. Именно поэтому, кстати, нет всемирно известных PR-площадок уровня рекламных «Каннских Львов», а кейсы, побеждающие в имеющихся премиях, по большей части не впечатляют публику. Просто лучшие из них разглашению не подлежат ни при каких обстоятельствах. Тут PR-гуру сродни иллюзионистам – те тоже не раскрывают секреты мастерства, но они хотя бы на виду. У многих агентств на сайтах иконостас логотипов, и ведь за каждым обычно стоит какой-то проект. Но когда спросят «А что именно вы сделали для этого бренда?», ответа в большинстве случаев не будет в силу вышеописанных причин.

Готова ли аудитория к сложным PR-стратегиям?

Безусловно. Вопрос лишь в языке, на котором вы общаетесь. Обычно аудиторий всегда больше, чем одна, так что они должны быть четко сегментированы. Что точно не меняется никогда, так это люди, просто с развитием технологий и расширением инструментария коммуникаций работать с ними становится проще. В целом аудитория всегда готова почти ко всему, а далее вопрос лишь в профессионализме агентства.

Представьте, что аудитория не просто получила информацию, а еще и поняла, что до неё эту информацию доносят во вполне определенных целях. Манипулирования собой никто не любит, доверие к новости обнуляется, и подобная ситуация – целиком на совести PR-агентства, в стратегии которого что-то пошло не так.

Вы сказали, что начиная с 2017-2018 годов уделяется активное внимание коммуникациям. Можете объяснить, почему это произошло именно тогда?

Опять-таки – это все про людей, природа которых в принципе не меняется. Всем нам свойственно желание быть значимыми, особенно когда есть что сказать миру. Если мы говорим о бизнесменах, руководителях, то это люди, за которыми стоят команды профессионалов, которым также хочется заявить о себе. До определенного времени они сами на себя накладывали ограничения в плане PR, так как по умолчанию подразумевалось, что быть на виду могут себе позволить немногие.

Лет пять как ситуация коренным образом изменилась: прежде всего был провозглашен курс на открытость, транспарентность государственных органов.

Все люди, которые вчера боялись выступать, хотели, но воздерживались – все хлынули в информационное пространство.

Да, было немало откровенно странных и даже забавных выступлений, но это весьма невысокая цена за то, чтобы моментально по историческим меркам перейти к тому уровню публичности, который мы имеем сейчас.

Естественно, это способствовало скачкообразному росту числа потенциальных клиентов. Сначала появляется спрос, а потом уже предложение в виде консультантов – это нормальная рыночная логика. Самих агентств пока крайне мало. Мы с коллегами обычно даже не используем слово «конкурент», даже напротив – нередко уступаем клиентов партнерам по рынку.

Ни для кого ведь не секрет, что экономика Узбекистана сегодня – это в значительной степени госсектор, так что многие из чиновников и лиц высокого ранга вдруг стали клиентами PR-агентств. В Узбекистане появилось то, что называется политикой, появился политический класс. Понятно, что он был и раньше, но далеко не столь персонифицированным. Политический класс жил своей жизнью, ну а сейчас даже если политик старой закалки избегает публичности, публичность нередко сама его настигает.

У государственных деятелей, скорее всего, тот самый классический пиар с пресс-релизами и такой важной отметкой, как «упоминаемость», который мы не застали?

И да, и нет. Многие ограничиваются этим, а некоторые вовсю привлекают внешних консультантов. Все зависит от ведомства. В любом случае, каждый чиновник становится субъектом информационного пространства, и выйти из него полностью, отсидевшись в стороне, уже не получится. Если вы уходите в бизнес, там то же самое. Мы живём в эпоху кризисов, особенно последние годы. Кризисов не только естественных, но и рукотворных, и зачастую – очень качественно таргетированных. А в эпоху постправды важно ведь не столько то, что происходит на самом деле, сколько то, что об этом вещается и как это воспринимается.

Поэтому просто жить по правилам уже не является, как раньше, стопроцентной гарантией от нападок – мы часто видим, что когда компромата на человека нет, его додумывают.

PR-стратегии — это громкие заявления, созданная вокруг бренда шумиха и планомерное донесение информации до ЦА?

Определений PR десятки, можно выбрать на свой вкус или даже придумать новое. Важно то, что многими он воспринимается исключительно как творчество. Понятно, что в какой-то мере это так и есть, PR – это почти всегда про креатив. Однако на одном творчестве далеко не уедешь, нужна математика, поскольку всё здесь просчитывается. Коммуникации сегодня – это исследования, большие данные. Если их нет у клиента, то мы их заказываем. А с недавних пор участились обращения, где требуется в чистом виде «траблшутинг», и это отдельное крайне интересное направление деятельности.

Последние 2-3 года построение персонального имиджа также очень популярная тема. Это мода или требование времени?

Если упрощенно, то люди выстраивают рубежи обороны. Чем больше ты открыт и чем больше люди знают о тебе хорошего, тем толще броня, тем сложнее и дольше её пробивать, и тем больше времени остается на принятие мер.

Ну а если люди о тебе не знают ничего либо в основном плохое, то при первой же информационной атаке аудитория легко поверит в то, что им говорят. И отмыться от этого будет… не невозможно, конечно, но очень долго и очень дорого.

Читайте также:

Динара Ахметова: как один пресс-релиз помог понять интересы зарубежных рынков и выстроить международный PR

14:55, сегодня

«Нам мало что осталось показать своим детям, не говоря уже о туристах»: столица глазами архитектора

20 января

Реклама, которой нас удивляли бренды на новогодних праздниках 

20 января

Популярные новости

Редакция PR.uz «забрифовала» нейросеть Midjourney нарисовать логотипы городов Узбекистана

Портал Visual Capitalist назвал топ-50 самых посещаемых веб-сайтов в мире

Маркетинговое агентство ANYWAVE провело комплексный ребрендинг компании Promavto.uz

Стоимость 30-секундной рекламы Super Bowl LVII этого сезона может превысить $7 млн

CLICK выпустил серию TVC-роликов о возможностях платежных операций в своем Telegram-боте

Ledokol Group назвал тренды digital-маркетинга Узбекистана в 2023 году

Уход персонажей M&M’s из рекламы может обернуться громким возвращением на Super Bowl

Косметический бренд L’Oreal сменил свой легендарный слоган «Ведь ты этого достойна»

В TikTok обнаружили «секретную функцию» для продвижения роликов в рекомендации

Больше новостей